Поехать за границу и изменить себя. Открыть себя и сделать бизнес успешным
Есть такая гипотеза: культура достижений, ориентация на карьеру и деньги начали сменяться новой культурой, которая связана с большей углубленностью в себя, поиском смыслов, большей ориентацией на внутренние процессы по сравнению с внешними достижениями. Российские корни этого тренда легко понять. 1990-е годы были временем смуты и неустанного любопытства в отношени к Западу. В «нулевые» в бизнесе установились четкие капиталистические правила игры. Если захочешь — будешь успешным. За пять лет можно стать топ-менеджером небольшой компании. Еще за два года — построить себе квартиру. Еще через несколько лет положить на счет миллион долларов и управлять десятками тысяч людей. Перед нами открылись врата успеха. Немного способностей, окаянства, мотивации, достижений, и ты как ракета взлетаешь вверх.
Финансовый кризис прервал этот полет. Но бизнес жив, хотя скорости уже не те. Компания имела миллиард оборота? Скорее всего, через пару лет мы вернемся к этому показателю. Корпорация делала инновационные проекты в области внутренних коммуникаций? Весьма вероятно, что через несколько лет на них опять дадут бюджет. Скучно.
Сегодня я часто слышу сетования, что кризис оказался слишком легким («мало очистился рынок»). Забюрокраченные корпорации живы. Неэффективность, как и раньше, процветает. Компании понемногу возвращают атрибуты благополучной жизни — соцпакеты, индексацию зарплат, бонус-трипы. Корпоративный ландшафт не изменился, революционного реинжиниринга бизнес-процессов не случилось.
Зато изменилась мотивация. Опьянение ростом ушло, и топ-менеджеры задумались о своей жизни.
Марк Розин приводит три примера.
«Один мой коллега в конце 2009 года продал машину, сдал квартиру и улетел в Непал. Он задумал трехлетнее кругосветное путешествие. Программа в каждой стране такая — снять жилье, попробовать работать, ездить, смотреть, как живут люди, а затем перемещаться дальше. На первый год намечен маршрут: Непал—Индия—Бутан—Таиланд—Китай—Япония. Коллеге 28 лет, он талантлив, агрессивен. Очень быстро делал карьеру и до того, как стал дауншифтером, казался безусловным яппи — мальчиком, который раньше других окажется на верхушке социальной лестницы, станет миллионером и будет нами управлять.
Другой пример — вроде бы не связанный с первым. Я разговаривал недавно с одним топ-менеджером (назовем его Николай). Несколько лет он занимался ушу. Делал это вдумчиво, неспешно. В прошлом году Николай сказал: «Я уже знаю и умею достаточно, чтобы познакомиться с китайскими «дедушками». Он собрался ехать в Китай к этим «дедушкам» — мастерам ушу. Встретившись, мы за пять минут обсудили, как восстанавливаются наши бизнесы после кризиса, а потом целый час говорили о цигун, ушу, тайцзи-цюань и даосизме.
И, наконец, третий. Я несколько раз встречался с успешным бизнесменом Александром. Первый раз – его в 35 лет ничего уже по-настоящему не «драйвило» и ему было необходимо найти проект второй половины жизни. Второй раз встретились, когда компания Александра вышла на IPO, и капитализация превысила 1 миллиард долларов. И ему снова было не очень интересно. И в последний раз он рассказал, что научился танцевать кубинскую сальсу, открыл свой клуб, воспроизвел атмосферу Гаваны, выписал кубинских учителей… Мне показалось, что ему больше не нужна великая цель — он танцует сальсу».
Думаю, это связано с тем, что люди, открывая мир, набираются новых идей, впитывают новую энергию, что и делает их ещё более успешными, более счастливыми, чем до этого.
